Три года назад я перестал звонить своему сыну.
Это было самое тяжелое решение в моей жизни.
Месяцами я был отцом, который бегает следом.
Я писал сообщения, которые оставались непрочитанными.
Оставлял голоса, на которые никто не отвечал.
Я выпрашивал хоть пять минут его времени, умолял объяснить, почему он вычеркнул меня из своей жизни.
Я был в отчаянии, копался в себе, прокручивал в голове каждую ошибку, которую мог совершить еще с тех пор, как он был маленьким.
Я терял достоинство.
Я приучал его к тому, что моя любовь - вещь дешевая, что-то такое, что можно игнорировать или совсем топтать ногами.