Свой взгляд
Однажды в праздничный день... или о международном конфликте на городском уровне
Рейтинг: / 111
ХудшаяЛучшая 
Автор Елизавета СОКОЛ   
23.04.2009 г.

О неоконченном интервью, нарушении Конституционных прав 
и закона РФ "О средствах массовой информации",
магнитогорском "гостеприимстве"
и  международном конфликте на городском уровне.


Часть 1. "Я счастливый в работе!"

У меня зазвонил телефон:
- В Магнитогорск приедет Чарлз Кловер. Это журналист из английской газеты "Financial Times". Вы могли бы с ним встретиться?
- Конечно. Его надо встретить?
- Нет. Он едет по приглашению комбината на праздник. Ему просто важно общение с коллегой.
       
Image …Приглашающая сторона составила для гостей такую "серьезную" программу участия в праздничных мероприятиях, что за двое суток пребывания Ч.Кловера, шефа Московского Бюро "Financial Times", на земле Уральской нам удалось выкроить лишь часок для общения…
Молодой интересный высокий мужчина в белоснежной рубашке на встречу припоздал, поэтому диктофон я включила, как только мы представились друг другу. Чарлз не возражал  и отвечать на вопросы начал, еще шагая через трамвайные пути. Жара стояла такая, что хотелось быть поближе к воде, и мы присели у фонтана, тощие струйки которого были в центре внимания отдыхающих в парке на улице Завенягина.
       
- Я впервые встречаюсь с коллегой из английского издания. Вы - англичанин?
- Нет. Я - американец, больше 10 лет работающий в английской газете.
Родился и вырос в штате Висконсин в США, там окончил школу и университет - получил бизнес-образование. Затем получил международное образование в Джонс Хопкинс университете в Вашингтоне.

- Ваше второе высшее образование связано с журналистикой?   
- Нет, журналистике я никогда не учился.

- А что вас привело в газету? Вы давно пишите?
- Как журналист я начал работать в "Financial Times" в 1996 году. Мне было интересно. Мои трудовые будни после института были связаны с крупной нефтяной компанией "Эксон" - я специалист по арабским языкам и считал, что компании будет интересен арабист. Но работа была скучная, а мне хотелось творчества.
А журналистика позволяет путешествовать, знакомиться с интересными людьми, общаться с разными известными личностями, быть очевидцем очень важных событий. Я уже побывал на Ближнем Востоке, в Афганистане, в Ираке, был в странах СНГ - Казахстане, Украине, России.

- Вы всегда работали в печатных СМИ, или есть опыт работы на радио и телевидении?
- Я всегда работал на "Financial Times", а с радио и телевидением сталкивался, но только в контексте печати. Иногда корреспонденты дают интервью телекомпаниям "Си-Эн-Эн", "Эй-Би-Си".
(Смеется) Телевидение для меня очень страшно.

- Как отнеслись ваши родные, друзья к тому, что вы после института сменили профессию? В вашей стране престижно быть журналистом или это менее значимая профессия, чем та, которую вы получили в институте международных отношений?
- (Смеется) Журналистика - это не более или менее престижная профессия, чем актер или  математик. По-моему нет разницы. Но мои близкие очень обрадовались, что я нашел работу, которая мне нравится, что я счастливый в работе.

- Но это достаточно опасная профессия, если по-настоящему работать. Или у вас быть журналистом - не опасно?
- (Смеется)  Но это зависит от того, где работать. (Помолчав) Конечно, в Багдаде опасно - у меня друзья там погибли. А если сидеть в Лондоне и писать о бизнесе, бирже - тебе ничего не грозит.

- А в России?
- Я не считаю, что работать в России - это рискованно. Бывают случаи, конечно. Мы знаем, что произошло с Анной Политковской. 

- Как организована работа в вашей газете? Вы специализируетесь по какой-то одной теме или можете писать обо всем, что душе угодно?
- У нас в Москве общее бюро "Financial Times". Конечно, поскольку мы деловая газета, то основное внимание уделяем экономике и бизнесу. Но этим не ограничиваемся: нас интересует смена власти в Кремле, политика, события на Северном Кавказе. Все это очень важно.
Моя работа как шефа бюро позволяет мне делать аналитические материалы на любые темы, освещать события в историческом аспекте и перспективе развития, писать о связи политики и экономики, о культуре и образовании.

- А где вы учили русский язык?    
- Учил русский в институте в Вашингтоне, там был очень хороший учитель. А потом продолжительное время жил в Киеве. Мне очень понравилась Украина - древняя культура, приветливые люди, которые говорят по-русски. Кроме этого, я много  путешествую по России.

- Чем вызван ваш интерес к комбинату? Это один из маршрутов ваших путешествий или черная металлургия - тема, которая интересна читателям "Financial Times"?
- Руководство комбината пригласило на праздник много гостей, в том числе и иностранную прессу. Освещать праздник мне лично интересно.
Когда я только начинал работу в Москве, очень хотелось видеть жизнь вне столицы. И вот мне выпал такой шанс. Побывать на крупном экономическом объекте в России очень интересно. Сегодня у нас была экскурсия по комбинату.

- Какое впечатление на Вас произвел комбинат? Вы были на подобных предприятиях в России или в других странах?
- Это не первый завод, где удалось побывать. Я был в Караганде, Донецке. Производство стали - это большой, мощный романтический процесс!
Если сравнить новые объекты с современной технологией, и объекты более старые, то разница впечатляющая. Доменные печи - это очень драматическое место. Огонь везде. Мне понравилось. Это было шикарно!
Image
- Удалось что-нибудь посмотреть кроме комбината?
- Нас возили на базу отдыха на озере Банное, которую построили всего 5 лет назад. Это очень красивое место. (Смеется) Жаль только, что там нет Альп. Было бы еще выше, было бы лучше!
(Чарлз катается на горных лыжах с 30 лет. Обычно он делает это во  Франции - Е.С.)

- Принято считать, что каждый город имеет свое лицо. Чем Магнитогорск  отличается от других городов России?
- Мне показалось, что город сравнительно чистый и жители гордятся тем, что они магнитогорцы. Это факт. Но многие города в России построены по одним и тем же проектам, особенно, те, которые построены в 30 годах, они похожи друг на друга.

- Вы были в Санкт-Петербурге? А в старой части нашего города? Часто наши гости говорят, что Ленинский район Магнитогорска очень похож на Санкт-Петербург: его строили ленинградские архитекторы…
- Может быть. Но в вашем городе нет каналов.


Часть 2. Неоконченное интервью

…Мы поднялись в кафе "Место встречи", там практически никого не было. Сели за столик, взяли кофе, воду и продолжали беседу. Маша, наш фотограф, делала фотоснимки.
Я не увидела, когда в нашу работу первый раз вмешалась женщина-охранник. Фотокор подошла к нам с лицом нашкодившей школьницы:
- Она говорит, что мы не имеем права здесь фотографировать, если не согласовали с администрацией.
Я опешила:
- Наши действия соответствуют закону "О средствах массовой информации".

Мы с Чарлзом вернулись к разговору о первостроителях Магнитки. Но в историческом прошлом Магнитогорска мы с нашим гостем "пробыли" недолго.
Женщина-охраница подошла вновь:
- Вы не имеет право снимать. Идите к администрации спрашивайте разрешение. Это частная собственность.   
- Но эта частная собственность построена для общественного пользования и  находится на территории Российской Федерации. Значит, законы моей страны на ее территории действуют, как и на всей другой территории России. Только на объектах, считающихся государственной тайной, мы не имеем права делать фотоснимки. Мы находимся на территории предприятия общепита. Здесь по определению не может быть секретов, приравненных к государственной тайне. Это, во-первых.
Во-вторых, фотографии мы делаем для журнала "Партнер". Ваше частное заведение бесплатно получит косвенную рекламу в глянцевом журнале.
Более того, у нас иностранный гость. Значит, ваше заведение получит косвенную рекламу на международном уровне. Тоже бесплатно.

Ричард рассмеялся. И мы опять стали "листать" историю нашего города. Заговорили об экологии. Я показывала публикацию в журнале о том, что сделано за последнее время на цемзаводе для очистки воздуха, когда около нас появился мужчина-охранник. С тем же утверждением: не имеете право фотографировать не испросив позволения.
Я оглянулась. Вокруг нас - очень малочисленные посетители, пустые столы. А может, интерьер - это государственная или иную специально охраняемая законом тайна?  Если столики стоят на проходе в бутики, практически "в коридоре", то об  "тайне" говорить просто нелепо. Что так рьяно защищает охранная служба? Но, решив, что все проблемы мы сможем обсуждать и без Ч.Кловера, протянула охраннику свою визитную карточку. Мой иностранный коллега тут же отдал свою визитку. Я предложила Николаю (так назвал себя мужчина, после того, как попросила представиться) обсудить ситуацию после того, как мы с нашим гостем закончим работу. 

Но охранник не унимался:
- Вы меня, пожалуйста, извините, у меня нет времени, потому что я работаю. Я хочу спросить: на каком основании велась съемка на нашей территории?
- А на каком основании мы не можем снимать в кафе? - мое удивлении было неподдельным. - Есть закон "О средствах массовой информации", который позволяет нам…
- Это частный сектор, - не дал мне закончить доблестный хранитель хозяйских тайн.
- … который позволяет нам на территории Российской Федерации снимать все, кроме закрытых объектов - с упорством, достойным иного применения твердила я.
Тут уже Чарлз не выдержал:
- Мы никому не мешаем.
- Я знаю, - сразу согласился Николай.
- Я много бываю в кафе, ресторанах, везде люди фотографируют, - больше не скрывал своего удивления наш американский гость.
Image
Я сгорала от стыда за поведение соотечественников.
- Николай, если бы мы проводили эротические съемки, тогда я поняла бы ваше возмущение, - хотелось все перевести в затянувшуюся шутку. - Сидят два  человека в вашем кафе, разговаривают. Третий человек, никому не мешая, их фотографирует.
- Скажите, а где гарантия, что фотографии, что вы делаете, не появятся в каком-то журнале. Вы даете такие гарантии?
- Они появятся в журнале "Партнер", - я как "попка-дурак" твердила о косвенной рекламе кафе "Место встречи" на внутреннем и внешнем рынке общественного питания.
- Мы работаем на хозяина, - гордо заявил Николай.
"Сейчас вы вредите хозяину", - мысленно произнесла я, а вслух сказал:
- Мы неоднократно работали с Яном Токаревым. Он любит и умеет работать с прессой.
- Это понятно. Но вы-то никого не предупредили: ни меня, ни другого охранника.   
- Мы никогда не предупреждаем. Есть закон "О СМИ", - я мысленно просила Бога прекратить этот позор. - Чарлз - человек очень занятой, у него мало времени. Николай, у вас есть все наши координаты. Если вы еще не все сказали, вы потом можете позвонить…   
- Хорошо, - охранник направился к выходу.
- Спасибо, - поблагодарила я Бога.

Кловер с облегчением рассмеялся. Но он не успел еще склониться над своим блокнотом и взять в руки авторучку, как за его спиной появилась женщина-охранница…
Шеф-редактор Московского Бюро английской газеты "Financial Times" Чарлз Кловер поднялся и пошел к двери - вид у него был как у глубоко оскорбленного человека.
Мы с фотографом, сгорая от стыда, последовали его примеру…


Часть 3. Правовой ликбез

Вернувшись домой, я с особой тщательностью погрузилась в изучение документов, регламентирующих мое, журналиста и гражданина, поведение.

Конституция Российской Федерации
Статья 29   

4. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом.
5. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.

Закон Российской Федерации "О средствах массовой информации"
Глава V. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ ЖУРНАЛИСТА
Статья 3. Недопустимость цензуры

Цензура массовой информации, то есть требование от редакции средства массовой информации со стороны должностных лиц, государственных органов, организаций, учреждений или общественных объединений предварительно согласовывать сообщения и материалы (кроме случаев, когда должностное лицо является автором или интервьюируемым), а равно наложение запрета на распространение сообщений и материалов, их отдельных частей, - не допускается.
Создание и финансирование организаций, учреждений, органов или должностей, в задачи либо функции которых входит осуществление цензуры массовой информации, - не допускается.
Статья 4. Недопустимость злоупотребления свободой массовой информации
Не допускается использование средств массовой информации в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну, для распространения материалов, содержащих публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающих терроризм, других экстремистских материалов, а также материалов, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости.
Статья 47. Права журналиста
Журналист имеет право:
1) искать, запрашивать, получать и распространять информацию;
2) посещать государственные органы и организации, предприятия и учреждения, органы общественных объединений либо их пресс-службы;

4) получать доступ к документам и материалам, за исключением их фрагментов, содержащих сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную специально охраняемую законом тайну;

6) производить записи, в том числе с использованием средств аудио- и видеотехники, кино- и фотосъемки, за исключением случаев, предусмотренных законом;

12) распространять подготовленные им сообщения и материалы за своей подписью, под псевдонимом или без подписи.
Журналист пользуется также иными правами, предоставленными ему законодательством Российской Федерации о средствах массовой информации.
       
Как ни старалась, но особых законодательных норм для работы в частном секторе я не нашла.   

Значит, требуя получения разрешения на съёмку из мест со свободным доступом граждан, мои соотечественники грубо нарушили право гражданина РФ на свободный поиск и получение информации, гарантированное ч.4 ст.29 Конституции РФ, и право журналиста на производство записей, в том числе с использованием средств аудио- и видеотехники, кино- и фотосъёмки, закреплённое п.6 ст.47 Закона "О СМИ".

И еще. Общественная палата предлагает ввести "индекс свободы слова" каждого региона и включить его в перечень критерий президентской оценки при анализе работы губернаторов. Это поможет губернаторам  совсем иначе смотреть на развитие СМИ в своей области, а главе государства - отслеживать расширение информационного поля того или иного региона, знать, что происходит со свободой слова, правами журналистов в стране.
Первый "черный шар" в оценку работы нашего губернатора охранная служба кафе "Место встречи" уже внесла.


Елизавета СОКОЛ
Фото: Мария ДВОРЯНКОВА (Магнитогорск, Россия)
Июль 2008 года
Магнитогорск


Частично опубликовано в журнале "Партнер"



 
« Пред.   След. »